За секунду до того, как муж поцеловал меня в лоб с букетом в руках, я услышала, как он обещал другой женщине избавиться от меня.
В тот день, в половине пятого, я сидела на краю дивана в детской и пыталась одной рукой удержать бутылочку, а другой дозвониться Лиаму. Хейли спала у меня на груди, пахла молоком и тёплой пудрой, а на подоконнике остывал чай, к которому я не притронулась.
— Ты будешь дома к ужину? — спросила я.
На другом конце повисло раздражённое дыхание.
— Наверное, нет. Эмма, перестань меня проверять. Я работаю.
— Я просто хотела знать, ждать тебя или нет.
— Делай что хочешь.
— Хорошо. Люблю тебя.
Он не ответил.
Экран остался светиться. Мы всё ещё были соединены. Я уже потянулась к телефону, когда услышала женский смех.
Не громкий. Не случайный. Такой смеются рядом с человеком, которому доверяют.
— Она сводит меня с ума, — сказал Лиам. — Шлёт фотографии ребёнка, спрашивает, когда я вернусь. Я хочу, чтобы она просто исчезла из моей жизни.
Я перестала дышать. На ножке бутылочки блестела капля молока, и почему-то именно её я разглядывала, пока он продолжал.
— Конечно, я её ненавижу. Я почти не прикасаюсь к ней. Подожди немного. Я разведусь с ней и женюсь на тебе.
Женщина что-то прошептала.
Лиам тихо рассмеялся.
Потом я услышала поцелуй.
Телефон чуть не выпал из моей руки. Я положила его на ковёр и завершила звонок. Хейли заворочалась, и я прижала её к себе, будто могла закрыть от голоса собственного отца.
В девять вечера Лиам вошёл с дешёвым букетом из супермаркета.
— Скучал по своим девочкам, — сказал он и поцеловал меня в лоб.
Я улыбнулась.
— Мы тоже скучали.
Его пальцы пахли цитрусовым одеколоном. Раньше этот запах казался мне домашним. Теперь он стал доказательством того, что передо мной стоял человек, способный снять одну маску и надеть другую ещё у подъезда.
Я не спросила, где он был. Шесть дней я вообще ничего не спрашивала.
Он уносил телефон в душ. Сменил код. Перед поздними сменами пользовался одеколоном. Я складывала ему обеды, стирала крошечные бодики Хейли и отправляла фотографии дочери, хотя теперь знала: за моей спиной он называл эти фотографии поводом ненавидеть меня.
На седьмой день утром я достала из шкафа папку с документами. На её обложке была приклеена маленькая наклейка с изображением жёлтого воздушного шара — такую Хейли подарили в роддоме. Я долго держала папку на коленях, слушая, как Лиам напевает на кухне.
Вместо тихого ужина я пригласила обе семьи. Моя мать приехала с пирогом, отец принёс домашний хлеб, а мать Лиама, Диана, весь вечер внимательно следила за сыном. Я приготовила курицу, картофельное пюре, стручковую фасоль и тыквенный пирог.
За столом Лиам несколько раз ловил мой взгляд.
— Ты сегодня необычно спокойная, — сказал он.
— У нас годовщина. Я хочу запомнить этот вечер.
— Я тоже, — ответил он, но его улыбка дрогнула.
После десерта я подняла стакан с водой.
— За два года брака, — сказала я.
Все выпили. Лиам расслабил плечи.
— И за то, чем на самом деле оказался наш брак, — добавила я.
В комнате стало так тихо, что я услышала, как Хейли сопит на руках у моей матери.
Я поставила стакан и взяла с серванта кремовый конверт. Лиам побледнел ещё до того, как я протянула его ему…
ЧАСТЬ 2
Его рука остановилась в нескольких сантиметрах от конверта.
— Эмма, что это? — спросил Лиам.
— Открой.
— Сейчас не время для сцен.
— Ты сам выбрал это время. Здесь твоя мать, мои родители и твоя жена.
Диана нахмурилась.
— Лиам, возьми конверт.
Он посмотрел на неё, потом на меня. Бумага тихо хрустнула под его пальцами. На ней был знакомый почерк нашего семейного бухгалтера Марка, а внизу стояла дата, сделанная за два дня до нашего ужина.
— Это не то, что ты думаешь, — сказал Лиам.
— Я ещё ничего не сказала.
Моя мать прижала Хейли к плечу.
— Эмма, что происходит?
Я не ответила. Я достала из конверта один лист и положила его на скатерть. Лиам увидел печать банка и резко встал.
— Ты рылась в моих вещах?
— Я искала не в твоих вещах. Я проверила то, что принадлежит нам обоим.
— Нам? — он усмехнулся. — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь.
— Тогда сядь и объясни.
Он не сел. На его тарелке застыла капля подливки, а нож лежал рядом с ней, блестя под лампой.
Диана поднялась.
— Лиам, перестань кричать на неё.
— Мама, это семейное дело.
— Именно поэтому я хочу его услышать.
Я открыла папку. Там были выписки, уведомления и копии переводов. За последние три месяца с нашего общего счёта исчезли деньги. Небольшими суммами, чтобы я не заметила среди расходов на ребёнка.
— Я думала, ты откладываешь на лечение Хейли и оплату квартиры, — сказала я. — Но деньги уходили на аренду квартиры в другом районе, дорогие ужины и украшение.
На лице Лиама мелькнул страх.
— Это рабочие расходы.
— Рабочая квартира, в которой ты проводишь ночи? — спросил мой отец.
— Не вмешивайтесь.
— Ты сам привёл нас к этому столу, — ответил отец.
Я положила рядом фотографию. Не телефон и не запись. Просто распечатку из банковской службы с именем получателя и адресом. Имя женщины, чей смех я слышала.
— Её зовут Клара, — сказала я. — И шесть дней назад ты пообещал ей, что разведёшься со мной.
Лиам открыл рот.
Диана медленно села. Моя мать закрыла глаза.
— Ты слышала разговор? — спросил он.
— Да.
— Ты следила за мной?
— Нет. Ты забыл закончить звонок.
Он провёл ладонью по лицу.
— Эмма, я хотел всё исправить.
— Ты купил ей браслет за наши деньги.
Он посмотрел на лист. Потом на Хейли.
— Я верну всё.
— Дело не в деньгах.
— Тогда чего ты хочешь?
Я достала последний документ, но не успела положить его на стол. В этот момент зазвонил мой телефон. Номер был незнакомым.
Я ответила.
— Миссис Харпер? — спросил мужской голос. — Мне нужно срочно сообщить вам, что ваш муж подписал документы, которые могут лишить вас и ребёнка квартиры. Но это ещё не самое страшное…
ЧАСТЬ 3
— Кто вы? — спросила я, отступая к буфету.
В трубке зашуршали бумаги.
— Меня зовут Марк Уэллс. Я бухгалтер компании Лиама. Сегодня утром я нашёл договор с вашей подписью, которой вы не ставили.
Лиам рванулся ко мне.
— Не слушай его, Эмма!
Мой отец перегородил ему дорогу.
— Останься на месте.
— Марк, говорите, — сказала я.
— Лиам оформил кредит под залог квартиры. В заявлении указано, что вы согласились на продажу, если он не погасит долг. Но подпись поддельная. И деньги ушли не Кларе.
В комнате никто не шевелился.
— Куда они ушли? — спросила я.
— На счёт компании, которой владеет Диана Харпер.
Диана резко подняла голову.
— Что?
Лиам побледнел.
— Мама, я собирался вернуть деньги.
— Ты заложил квартиру Эммы на моё имя?
— Мне нужно было время.
— Для чего? Чтобы сбежать с этой женщиной?
Он повернулся ко мне.
— Я не собирался бросать Хейли. Я хотел начать заново.
— С моей квартирой и нашими деньгами?
— Я был загнан в угол.
Марк продолжил в трубке:
— Есть ещё одна вещь. Я нашёл письмо от кредитора. Если платёж не поступит до понедельника, начнётся процедура взыскания.
Лиам сжал кулаки.
— Марк, замолчи.
— Я молчал слишком долго, — ответил тот. — Но сегодня передал копии документов Эмме.
Я посмотрела на последний лист в папке. На нём действительно стояла моя подпись. Даже наклон букв был похож. Только маленькая привычка выдала подделку: я всегда ставила точку после первой буквы фамилии, а здесь её не было.
Диана закрыла лицо ладонями.
— Скажи, что это неправда.
— Мама, я всё объясню.
— Ты уже объяснил. Ты украл у неё не только деньги.
Лиам опустился на стул.
— Клара не знала о кредите.
— Ей ты тоже лгал? — спросила я.
Он не ответил.
В этот момент Марк сказал:
— Миссис Харпер, вам лучше приехать в офис утром. Там есть человек, который может подтвердить, кто принёс бумаги и кто требовал поставить вашу подпись.
— Кто?
На линии повисла пауза.
— Диана. Но она утверждает, что не знала, для чего подписывает поручение.
Диана резко встала.
— Я ничего не подписывала для Эммы!
Марк назвал дату и время. Диана посмотрела на сына, и её лицо изменилось.
— Ты сказал, что это документы для спасения компании.
Лиам поднял глаза.
— Если ты расскажешь, мы оба потеряем всё.
Это была не просьба. Это была угроза.
Моя мать вжалась в спинку кресла. Хейли проснулась и заплакала.
Я взяла дочь на руки, а телефон всё ещё лежал у моего уха.
— Марк, кто ещё знает о переводах?
— Клара. Она только что приехала к нам и просит поговорить с вами. И, Эмма, она принесла вещь, которую Лиам отдал ей как доказательство будущего брака…
Он принёс в офис одну вещь, которую украл у меня…
Я думала, что уже знаю всю правду. Но последний предмет показал, насколько далеко зашёл его обман.
«Он сказал, что медальон принадлежит его семье»
У меня похолодели пальцы.
👇 Финал истории уже открыт


