За сорок минут до церемонии мой жених уехал со свадьбы за другой женщиной, а его отец запер двери переговорной, чтобы я не позвонила гостям.
Я стояла на восемнадцатом этаже отеля и смотрела, как пять чёрных машин медленно разворачиваются под навесом. В первой сидел Себастьян. Мужчина, который должен был увидеть меня в свадебном платье через несколько минут, направлялся к аэропорту.
Три минуты спустя телефон завибрировал.
— Шарлотта, Миа позвонила, — сказал он в голосовом сообщении. На заднем фоне гудела дорога. — Она говорит, что уедет навсегда, если я не приеду сейчас. Мне нужны два часа. Скажи всем, что церемония задерживается. Я вернусь, обещаю.
Я перечитала сообщение дважды. Потом посмотрела на своё отражение. Жемчужные пуговицы тянулись от шеи до талии, а белая лента букета впилась в ладонь так сильно, что тонкая проволока распорола кожу.
— Ты волнуешься? — спросила мама, застёгивая последнюю пуговицу.
— Нет.
Это было правдой. Волноваться может женщина, которая ещё надеется, что жених придёт.
Внизу ждали четыреста гостей: родственники, инвесторы, чиновники и люди, которые годами называли семьи Эшфордов и Уэнтуортов почти одной семьёй. На экранах в бальном зале улыбались мы с Себастьяном. В договоре о Харбор-Пойнт его компания должна была стать главным партнёром. В моём телефоне лежали сообщения от журналистов, уже готовивших заметки о нашем браке.
Себастьян говорил о двух часах так, будто просил перенести ужин.
Я сняла фату, сложила её на кресле и набрала первый номер.
— Дэвид, активируй запасной пункт соглашения, — сказала я нашему юристу.
Он замолчал.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
Второй звонок был помощнице.
— Замени фотографии на экранах. Разошли подготовленное заявление всем гостям и прессе.
— Шарлотта, ты хочешь отменить свадьбу?
— Я хочу прекратить спектакль.
Третий звонок я сделала Уолтеру Филдингу, инвестору, который уже ждал шампанского у сцены.
— Мистер Филдинг, вы ещё в отеле?
— Да.
— Тогда я предлагаю сегодня подписать предварительные условия по Харбор-Пойнт.
В лифте я держалась за металлический поручень. Он был холодным, и от этого мне стало легче: боль в ладони казалась честнее всего происходящего.
Когда двери открылись, гул в зале оборвался. Экраны уже показывали объявление: помолвка расторгнута, совместные проекты с Уэнтуортами приостановлены до проверки договоров.
Подбежала моя подруга Фиби.
— Что ты делаешь?
— Заканчиваю свадьбу.
— А потом?
— Начинаю сделку. Найди Уолтера.
Но первым ко мне подошёл отец Себастьяна, Ричард Уэнтуорт.
— Шарлотта, давай поговорим без свидетелей.
— Ваш сын уехал за другой женщиной при четырёхстах гостях. Свидетели уже здесь.
Его лицо стало жёстким.
— Ты не понимаешь, что сейчас разрушишь.
— Понимаю лучше вас.
Уолтер появился рядом и посмотрел сначала на экраны, потом на кровь на моей ладони.
— Похоже, праздник изменился, — сказал он.
— Да. Но Харбор-Пойнт остаётся.
Я протянула ему руку.
И тогда Ричард резко схватил меня за локоть.
— Если ты подпишешь этот документ, — прошипел он, — узнаешь, почему Себастьян уехал именно сегодня.
Я медленно высвободилась.
— Дэвид, принесите папку, которую я оставила в сейфе. Ту самую.
Юрист положил её на стол. Замок щёлкнул, его пальцы потянулись к первой странице, а Ричард вдруг накрыл папку ладонью…
ЧАСТЬ 2
…— Не открывайте её, — сказал Ричард.
В зале стало так тихо, что я услышала, как лёд ударился о стенку бокала.
— Уберите руку, — попросила я.
— Ты пожалеешь.
— Я уже пожалела. В августе прошлого года.
Ричард дёрнулся. Дэвид посмотрел на меня, а Уолтер медленно отодвинул бокал.
— О чём вы говорите? — спросил он.
— О том, что произошло четырнадцать месяцев назад, — ответила я. — В тот день Миа Хартли пришла в мой кабинет и положила на стол распечатку банковского перевода.
Я помнила её до мелочей: мокрые волосы, сломанный каблук и папку с жёлтой наклейкой, на которой она написала: «Не доверяйте срокам». Она была финансовым контролёром компании Уэнтуортов и знала, что три дочерние фирмы искусственно создавали долги, чтобы обрушить стоимость акций Эшфорд Капитал.
— Себастьян приказал мне провести деньги через подставную фирму, — сказала Миа тогда. — Потом он женится на вас, получит доступ к семейному трасту и предложит спасение уже на своих условиях.
Я не поверила ей сразу.
Поэтому восемь месяцев готовила запасной план: новый пункт выхода из Харбор-Пойнт, отдельный счёт для инвесторов и нотариальные копии документов. Но Себастьян продолжал улыбаться, приносил мне кофе и спрашивал, какую музыку поставить на первый танец.
Теперь я смотрела на Ричарда.
— Миа не была любовницей, которую нужно спасать. Она была человеком, который пытался выбраться из вашей схемы.
— Она воровала документы, — бросил он.
— Она сохранила документы, которые вы собирались уничтожить.
Ричард наклонился ко мне.
— Себастьян всё равно вернётся. И тогда ты будешь просить его о разговоре.
— Нет. Он вернётся, потому что Миа сказала ему, что у неё осталась последняя копия.
Уолтер резко поднялся.
— Последняя копия чего?
Я открыла папку. Там лежали не фотографии и не письма, а заверенное заявление Миа, таблицы переводов и соглашение, подписанное Себастьяном за девять дней до нашей свадьбы. В нём он передавал право голоса по части акций временной компании, которую возглавлял его отец.
Фиби прикрыла рот рукой.
— Он хотел получить контроль над Эшфорд Капитал через ваш брак, — прошептала она.
— Через мою подпись, — сказала я. — Свадебный подарок, который он собирался подсунуть мне после церемонии.
В этот момент зазвонил телефон Дэвида. Он включил громкую связь.
— Шарлотта, — сказал незнакомый мужской голос, — Миа у нас. Если хотите увидеть её живой, отмените сделку с Филдингом и приезжайте в старый терминал аэропорта. Одна.
На линии послышался короткий удар, затем шёпот Мии.
— Не приезжай. Он врёт. Но у него есть человек, которого ты считала мёртвым…
Связь оборвалась. Ричард посмотрел на меня, и я поняла: угрозу произнёс не Себастьян…
ЧАСТЬ 3
…— Кто у него? — спросила я.
Ричард отвёл взгляд.
— Ты сама слышала. Не втягивай меня.
— Вы знали, что Миа жива и где она?
Он промолчал, и этого хватило. Я позвонила в службу безопасности отеля, но не стала ехать в терминал. Вместо этого Дэвид отправил туда сотрудника, а Уолтер закрыл двери зала.
Через двадцать минут в отель вошёл седой мужчина в тёмном пальто. Он держал трость с латунной рукоятью и смотрел прямо на Ричарда.
Ричард побледнел.
— Томас? — выдохнул он.
— Ты сказал всем, что я умер в Лиссабоне, — ответил мужчина. — Очень удобно, когда нужно спрятать свидетеля.
Я знала Томаса Кина как бывшего бухгалтера фонда моего отца. Два года назад он исчез после внутренней проверки. Отец считал его погибшим.
— Я не умер, Шарлотта, — сказал Томас. — Я скрывался. Ричард заставил меня оформить займы на подставные фирмы. Себастьян подписывал распоряжения, а Миа нашла следы. Когда она попыталась уйти, её заперли в загородном доме.
— Вы были там сегодня? — спросила я.
— Да. Она сбежала через кухонное окно и позвонила Себастьяну, чтобы выманить его из отеля. Он поверил, что у неё последняя копия.
Ричард ударил ладонью по столу.
— Ты не понимаешь, что говоришь!
— Понимаю, — ответил Томас. — Особенно подпись на шестой странице.
Он вынул из трости тонкий свёрток. Внутри лежал оригинал банковского поручения с подписью Ричарда. На обороте была дата и список счетов, куда уходили деньги Эшфорд Капитал.
Фиби заплакала. Уолтер тихо выругался. Дэвид сразу начал фотографировать страницы.
— Почему вы не пришли раньше? — спросила я.
Томас опустил глаза.
— Потому что Себастьян держал моего сына под следствием по делу, которого тот не совершал. Сегодня Миа обещала достать доказательство, способное его освободить.
Ричард схватился за грудь, но не от боли. Он понял, что схема рушится вместе с его последним рычагом.
В этот момент пришло сообщение от Мии: «Я в безопасном месте. Но Себастьян нашёл папку с вашим завещанием. Он едет к вашему отцу. Если он подпишет доверенность, всё начнётся заново…»
Себастьян приехал к моему отцу — и потребовал последнюю подпись…
Я думала, что уже разоблачила весь замысел. Но главный удар ждал не в отеле, а в библиотеке моего отца.
«Я привезла последнюю копию».
И тогда всё изменилось.
👇 Финал истории уже открыт




