ЧАСТЬ 4
Охрана не успела закрыть ворота.
Две чёрные машины въехали на территорию поместья и остановились у лестницы. Из первой вышел мужчина в дорогом пальто. Я узнала его сразу — Виктор Рейес, бывший партнёр Альберто Марино, человек, которого Роман считал погибшим после взрыва на складе.
Лев стоял у стола, сжимая медный крестик.
— Это он? — спросил Виктор.
Роман заслонил собой сына.
— Уезжай.
— Я ждал четырнадцать лет.
— Ты ждал не сына. Ты ждал рычаг.
Виктор улыбнулся.
— А разве это не одно и то же в вашей семье?
Маркус достал пистолет, но Роман поднял ладонь.
— Не надо.
Я сидела на краю дивана, прижимая руку к животу. Боль стала острой и регулярной. Вивьен измерила давление и тихо сказала, что до больницы мы должны добраться немедленно.
Сабрина стояла возле двери. На её лице больше не было прежней уверенности.
— Виктор, ты обещал, что не тронешь его.
Он повернул голову.
— Я обещал тебе деньги. Ты не получила их, потому что решила играть одна.
Роман посмотрел на неё.
— Ты привела его сюда?
— Нет.
— Но отправила ему документы.
Сабрина опустила глаза.
— Я думала, он поможет вернуть компанию.
— Он хотел использовать Льва, — сказал Маркус. — Если наследник объявится, Виктор сможет потребовать старые долги Альберто и захватить порт.
Лев шагнул вперёд.
— Я не подпишу ничего.
Виктор рассмеялся.
— Ты даже не понимаешь, кем являешься.
— Понимаю. Я человек, которого все решили использовать.
Виктор сделал движение к нему.
Роман ударил его первым.
В гостиной всё произошло мгновенно. Стакан упал на пол, охранник перехватил руку Виктора, Маркус оттеснил второго мужчину к стене. Сабрина вскрикнула и отступила к камину.
Но я уже не слышала их.
Боль пронзила живот.
— Роман.
Он обернулся.
Я увидела, как страх мгновенно вытеснил ярость с его лица.
— Елена?
— Мне нужно в больницу.
Он подхватил меня на руки.
— Держись.
— Не отдавай меня никому.
— Я рядом.
Вивьен уже звонила врачу, а Маркус приказал охране перекрыть выезд. Сабрину заперли в кабинете не как пленницу, а чтобы она не смогла предупредить сообщников. Виктора и его людей удерживали до приезда службы безопасности, но Роман не остался разбираться с ними.
Он нёс меня через холл, прижимая к груди.
— Поставь меня, я могу идти.
— Не спорь со мной.
— Ты уже однажды решил, что знаешь, что мне нужно.
Он остановился.
Я видела, как эти слова прошли сквозь него.
— Тогда скажи мне сейчас, — произнёс он. — Что мне делать?
Я положила ладонь ему на щёку.
— Быть рядом. Не командовать. Не выбирать за меня.
— Хорошо.
Это было первое обещание, которое он дал без попытки защититься.
В больнице ребёнка удалось стабилизировать. Врачи сказали, что роды начались, но ещё есть время. Роман сидел у моей койки, не прикасаясь ко мне без разрешения.
Лев ждал в коридоре.
Через час я попросила его войти.
Он остановился у порога.
— Если ты хочешь уйти, я пойму, — сказала я.
— Я не знаю, хочу ли я быть Марино.
— Тогда не будь им сегодня. Просто побудь Львом.
Он сел рядом.
Роман стоял у окна, но не смотрел наружу. В руках он держал ту самую жестяную коробку.
— Можно? — спросил он у Льва.
Лев кивнул.
Роман достал крошечные белые туфли.
— Их нашли в тайнике под моей кроватью. Я думал, что это вещи Нико, которого похоронил.
— Это мои туфли, — сказал Лев. — Женщина, которая меня растила, сохранила вторую пару. Она отдала её моему отцу, когда узнала правду.
Роман закрыл глаза.
— Я хочу вернуть их тебе.
Лев долго смотрел на туфли.
— Не сейчас.
— Почему?
— Потому что я не хочу, чтобы наша первая встреча закончилась тем, что мне отдают прошлое и ждут, что я сразу стану сыном.
Роман кивнул.
— Тогда я подожду.
В дверь постучала Маркусова помощница. Она принесла папку.
Сабрина передала все документы и призналась, что подделала часть бумаг. Она не оправдывалась. Только попросила передать Льву письмо от отца.
Я спросила, что будет с ней.
Роман ответил не сразу.
— Она потеряет доступ к счетам и компании. Но я не стану мстить через её семью. Пусть отвечает за то, что сделала сама.
Сабрина уехала из поместья в тот же вечер. Перед машиной она остановилась перед Маркусом.
— Ты всегда ненавидел меня?
— Нет, — сказал он. — Я просто видел, что ты делаешь.
Она кивнула и ушла.
Виктор лишился возможности добраться до порта: документы, которые он прислал Сабрине, позволили Роману отменить старые полномочия Альберто и передать управление независимому совету. Роман впервые за много лет отказался держать всё в собственных руках.
А потом он вернулся ко мне.
— Я продам дом, если ты не хочешь туда возвращаться, — сказал он.
— Я не хочу, чтобы ты продавал его из чувства вины.
— Тогда чего ты хочешь?
Я посмотрела на его руки.
— Восточную спальню оставим гостевой. Моя комната снова будет моей. Сабрина туда больше не войдёт.
— Конечно.
— И Лев не обязан жить с нами.
— Я знаю.
— И ты не будешь требовать, чтобы он называл тебя отцом.
Роман сглотнул.
— Я знаю.
— А если однажды он захочет прийти, ты не станешь покупать его любовь.
— Я постараюсь заслужить его доверие.
Тогда я впервые позволила ему взять меня за руку.
Не потому, что забыла дождь, чемодан и его слова.
А потому, что увидела: он наконец понял, что любовь нельзя удержать приказом, деньгами или красивым домом.
Через несколько часов родился наш сын. Маленький, сердитый, с крепкими лёгкими и пальцами, которые сразу сжались вокруг моего большого пальца.
Роман стоял рядом с кроватью. Лев был у стены. Он смотрел на младенца с таким выражением, будто видел не соперника и не наследника, а младшего брата, которого жизнь подарила ему слишком поздно.
— Как вы его назовёте? — спросил Лев.
Роман посмотрел на меня.
Я ответила:
— Нико.
Роман резко вдохнул.
— Ты уверена?
— Имя не принадлежит могиле. Оно принадлежит тому, кого любят.
Лев опустил взгляд на белые туфли в жестяной коробке.
— Тогда пусть у него будет своя пара.
Роман достал туфли и поставил их на подоконник палаты. Рядом лежала крошечная ладонь новорождённого Нико.
Лев долго молчал, а потом сказал Роману:
— Я не обещаю стать вашим сыном.
Роман ответил:
— А я не буду просить. Просто приходи, когда захочешь.
Лев кивнул.
И впервые эти двое смотрели не на прошлое, которое у них украли, а на маленькие белые туфли, рядом с которыми начиналась совсем другая история.
Пропустили начало?




