Муж объявил, что никогда меня не любил, а ночью я исчезла из его крепости — его охрана побледнела

В два часа пятнадцать минут ночи мой муж швырнул меня на мраморный пол, а через два часа я исчезла из его неприступного дома.

Дождь бил по бронированным окнам поместья Фальконе так, будто кто-то снаружи пытался пробить стекло прикладами. Я сидела на краю дивана в тонком халате, сжимая чашку давно остывшего чая. На блюдце лежала маленькая металлическая ложка в форме веточки розмарина — подарок Лоренцо в нашу первую зиму. Я столько раз водила пальцем по её рельефу, ожидая его возвращения, что знала каждую царапину.

Входная дверь глухо распахнулась. В холл ворвались запах мокрого пороха, сигарного дыма и крови.

Лоренцо переступил порог, промокший до нитки. На лацкане дорогого костюма расплывалось багровое пятно.

— Ты ранен? — я вскочила. — Позвать доктора Росси?

Я протянула руку, но он перехватил моё запястье и с такой силой оттолкнул меня, что я ударилась бедром о резной буфет. Серебряный поднос упал на пол с оглушительным звоном.

— Не прикасайся ко мне.

Боль пронзила руку, но сильнее болело другое: три года я встречала его после ночных перестрелок, молча отстирывала кровь с манжет и никогда не спрашивала, чья она. Я верила, что за холодным лицом главы синдиката есть человек, которого вижу только я.

— Я испугалась, — прошептала я. — Ты не звонил. Маттео тоже не отвечал.

Он налил виски, выпил и разбил стакан о стол.

— Мне надоело, что ты ходишь за мной тенью! У меня война, Вивьен. А ты только мешаешь.

— Я твоя жена.

— Жена? — он усмехнулся. — Это был договор между твоим разорившимся отцом и моей семьёй. Я женился на тебе ради земли и связей.

Он подошёл вплотную и сжал пальцами мой подбородок.

— Я никогда тебя не любил. Господи, мне тяжело даже смотреть на тебя.

Внутри меня что-то оборвалось. Не сердце — оно ещё продолжало биться. Надежда.

Я не заплакала.

— Понятно, — сказала я.

Лоренцо явно ждал истерики, но я поднялась по лестнице, чувствуя, как под босыми ступнями холодеет мрамор. В спальне я достала холщовую сумку и положила туда два свитера, джинсы и тяжёлые ботинки. Бриллианты оставила. Шубы оставила. Всё, чем он годами пытался заменить свободу, осталось в шкафах.

Из кармана халата я достала белую пластмассовую полоску с двумя розовыми линиями. Утром я собиралась сказать ему, что стану матерью. Теперь положила тест на туалетный столик рядом с маленькой фарфоровой чашей.

Потом сняла картину в его гардеробной. За ней находился сейф. Три недели назад я увидела отражение цифр в зеркале: три, четыре, один, два, девять, ноль.

Замок щёлкнул.

Внутри лежали деньги, оружие и чёрный зашифрованный накопитель — бухгалтерия, на которой держалась вся империя Фальконе. Я взяла только его.

На огромной кровати оставила обручальное кольцо. Рядом — накопитель.

В четыре пятнадцать, во время смены охраны, я вышла через кухонную дверь. На просёлке стоял чёрный автомобиль. Водитель повернул ко мне лицо, которое Лоренцо считал погибшим пять лет назад.

— Он тебя видел? — спросил Маттео.

Я прикрыла ладонью живот.

— Нет. Вези.

Но в этот момент за моей спиной щёлкнул замок, и дверца автомобиля начала открываться…

ЧАСТЬ 2

…Маттео резко распахнул дверцу, и я нырнула внутрь. Машина рванула с места, колёса разбрызгали грязь по каменной дорожке. В зеркале заднего вида поместье уменьшалось, превращаясь в чёрную крепость с редкими жёлтыми окнами.

— Ты взяла накопитель? — спросил Маттео.

— Он лежит у Лоренцо на подушке.

— Значит, он поймёт.

— Что именно?

Маттео сжал руль. На его правой щеке остался тонкий шрам, которого я не помнила.

— Что ты больше не испуганная жена, которую можно запереть за воротами.

Я хотела спросить, почему он жив, но за нами вспыхнули фары. Один автомобиль. Потом второй.

— Они нашли нас, — сказал Маттео.

Он свернул на лесную дорогу. Ветки хлестали по бокам машины, а я держалась за кожаную ручку над дверью, стараясь не думать о ребёнке. Впервые за три года я позволила себе страх не за Лоренцо, а за того, кто ещё даже не родился.

У старой охотничьей сторожки Маттео заглушил двигатель.

— Сюда.

— Ты объяснишь, почему все считают тебя мёртвым?

— Если мы доживём до рассвета.

Он достал из-под сиденья револьвер. Металл холодно блеснул в красном свете приборов.

— Кто преследует нас?

— Люди твоего мужа.

— Лоренцо приказал меня убить?

Маттео посмотрел на меня так, будто ответ причинял ему боль.

— Лоренцо приказал вывезти тебя из долины. Но приказ перехватил другой человек.

В сторожке пахло керосином и мокрой древесиной. Я зажгла лампу, и на стене дрогнула тень от ржавого капкана. Маттео поставил на стол папку, которую достал из внутреннего кармана.

— Накопитель нельзя открыть без ключа, — сказал он. — Но я знаю, где искать.

— Почему ты помогаешь мне?

— Потому что пять лет назад на той яхте погиб не я. Погибли трое людей, которые должны были передать Лоренцо доказательства против его дяди Сальваторе.

Я вспомнила, как Лоренцо годами произносил имя дяди с уважением, хотя после каждого разговора становился мрачнее.

— Сальваторе хочет трон?

— Он уже начал войну. Только стрелять заставляет чужими руками. Сегодня на причале убили двух людей Лоренцо, чтобы обвинить в этом соседнюю семью.

Снаружи хрустнула ветка.

Маттео погасил лампу и прижал палец к губам. В темноте я слышала собственное дыхание и слабое, почти незаметное биение внутри живота.

Дверь сторожки дрогнула.

— Вивьен, — раздался снаружи голос Лоренцо. — Я знаю, что ты здесь.

Маттео поднял оружие.

— Не открывай.

— Он пришёл один?

— Если бы пришёл один, я бы не боялся.

Лоренцо снова постучал. На этот раз в его голосе не было ярости.

— Вивьен, послушай меня. То, что я сказал ночью, было ложью. Но если ты выйдешь сейчас, тебя убьют не мои люди…

Он не договорил. В лесу одновременно хлопнули три выстрела, и пуля пробила тонкую деревянную стену рядом с моей головой…

ЧАСТЬ 3

…Маттео бросился к окну и ответил двумя выстрелами. Лоренцо распахнул дверь, втолкнул меня за тяжёлый стол и сам заслонил телом.

— Ты с ума сошёл? — крикнула я. — Ты же сказал, что не любишь меня!

— Я сказал это, чтобы ты ушла, — процедил он. — Сальваторе приказал убить тебя вместе с ребёнком. Он знает о наследнике.

В лесу снова грянула очередь. Лоренцо вытащил из кармана ключ с выцарапанной на нём цифрой семь.

— Открой накопитель, — сказал он Маттео. — Немедленно.

Маттео достал маленький прибор, подключил накопитель и ввёл код. На экране появились таблицы, даты и подписи. Я увидела знакомое имя — Сальваторе Фальконе. Рядом стояли суммы, маршруты оружия и отметки о нападениях на людей Лоренцо.

— Вот, — сказал Маттео. — Он платил стрелкам, подставлял соседние семьи и выводил деньги через благотворительный фонд Вивьен.

Я почувствовала, как немеют пальцы.

— Через мой фонд?

— Твой отец подписал первые бумаги, — ответил Лоренцо. — Он думал, что спасает землю. Сальваторе использовал его долги, чтобы провести деньги через твои счета.

— Ты знал?

— Узнал месяц назад. Если бы я сказал тебе, тебя бы схватили раньше, чем ты успела сбежать.

Я рассмеялась, но звук вышел ломким.

— Поэтому ты унизил меня?

— Я хотел, чтобы ты возненавидела меня и уехала. Только не знал, что ты заберёшь главное доказательство.

Маттео пролистал таблицы и вдруг замер.

— Здесь есть ещё один раздел.

Он открыл файл с отсканированным листом. Внизу стояла подпись Лоренцо, а рядом — дата, поставленная за неделю до нашей свадьбы.

— Что это? — спросила я.

Лоренцо опустил взгляд.

— Приказ о передаче власти Сальваторе, если у меня родится наследник.

Мир качнулся. Я решила, что он защищал ребёнка, но теперь увидела другую правду: даже в своём спасении он оставил ловушку.

— Ты подписал это.

— Под угрозой. Тогда Сальваторе держал моего младшего брата. Я согласился, чтобы выиграть время.

Снаружи раздался крик. Нападавшие приближались.

На экран пришло новое сообщение с неизвестного номера: фотография клиники и короткая фраза — «Если наследник появится на свет, счет начнётся с первого вдоха».

Лоренцо побледнел.

— Они уже знают, куда мы направимся.

Маттео взглянул на меня, потом на карту.

— Есть только один человек, способный остановить Сальваторе. Но Лоренцо не знает, что этот человек сегодня ночью получил копию всей бухгалтерии…

ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ

Но в родильном доме Лоренцо узнал страшную правду…

Я думала, что сбежала от мужа и его империи. Но настоящий удар ждал меня там, где должна была начаться жизнь моего ребёнка.

Лоренцо посмотрел на младенца и спросил:
«Ты позволишь мне остаться?»
Мой ответ изменил всё.

😱 УЗНАТЬ, ЧТО ОНИ СКРЫВАЛИ →

👇 Финал истории уже открыт

Оцените статью