ЧАСТЬ 4
…Подпись была поставлена под соглашением, разрешавшим Кларе Мерсер распоряжаться семейным пакетом акций в случае развода.
Адриан смотрел на лист так, будто перед ним лежало не доказательство, а собственная могила.
— Я этого не подписывал, — сказал он.
— Подпись похожа, — ответила Нора. — Но бумага старше договора о разводе. Её принесли ко мне пять лет назад и попросили спрятать вместе с письмом Лены.
Я выхватила документ.
Внизу стояла дата, за две недели до нашей свадьбы.
Рядом с подписью Адриана была вторая — его дяди, Сайласа Восса, человека, которого вся семья считала погибшим после взрыва на складе.
Маркус выругался и подошёл к окну, прикрыв щель между жалюзи.
— Машина Клары стоит через улицу.
Ева сжала мою ладонь.
— Мама, мы опять будем прятаться?
Я посмотрела на её маленькие пальцы, испачканные жёлтой краской от звезды на пальто.
Пять лет я пряталась ради её безопасности. Но в тот момент поняла: прятаться можно от человека, который ищет тебя. Нельзя прятаться от человека, который уже нашёл дорогу к твоему ребёнку.
— Нет, — сказала я. — Сегодня мы узнаем, кто пришёл за нами.
Адриан резко повернулся.
— Лена, это не игра.
— Я знаю. Именно поэтому больше не позволю тебе решать за меня.
Он принял удар молча, но лицо его изменилось.
— Что ты предлагаешь?
— Вернуться в твой кабинет. Туда, где Клара чувствует себя хозяйкой. Пусть она думает, что мы испугались.
Маркус нахмурился.
— Это опасно.
— Опасно уже всё, — ответил Адриан. — Но Лена права.
Ева подняла голову.
— А я тоже поеду?
Я присела перед ней.
— Ты будешь с Норой в комнате наверху. Дверь будет закрыта, а Маркус останется рядом.
— А этот дядя?
Адриан присел напротив. Между ними оставалось расстояние в вытянутую ладонь.
— Я буду там, где тебя нельзя будет достать.
Ева внимательно изучала его лицо.
— Ты умеешь защищать?
— Я слишком долго думал, что это значит командовать. Теперь буду учиться иначе.
Мы приехали в его офис около десяти вечера. Огни порта мерцали за стеклом, а внизу кипела охрана. Клара ждала в кабинете, спокойная, безупречно причёсанная. На столе стоял её красный кожаный портфель.
— Вы всё-таки пришли, — сказала она.
Адриан вошёл первым.
— Ты знала о Лене и ребёнке.
Клара улыбнулась.
— Я знала, что ты не способен принять решения без чужой подсказки.
Я положила на стол копию письма.
— Ты забрала это из клиники.
— Я спасала Адриана.
— От чего?
— От тебя. От ребёнка. От Сайласа.
Имя заставило Адриана остановиться.
Клара открыла портфель и достала пачку бумаг.
— Сайлас жив. Он вернулся месяц назад и потребовал пакет акций. Если Адриан не подчинится, он уничтожит не только компанию, но и всех, кто связан с ним. Я скрыла письмо, потому что ребёнок стал бы поводом для шантажа.
— Ты подделала мою подпись, — сказал Адриан.
— Ты сам отдал мне право действовать.
— Для переговоров, а не для того, чтобы разрушить мой брак.
Клара впервые посмотрела на меня.
— Ваш брак уже был разрушен. Я лишь сделала так, чтобы он не потянул за собой остальных.
Маркус достал из внутреннего кармана старую бухгалтерскую книгу.
— А эти записи тоже были ради спасения? Переводы на счета Сайласа, сделанные через благотворительный фонд Клары.
Она побледнела.
Адриан взял книгу и пролистал страницы.
— Ты кормила человека, который угрожал моей семье.
— Я покупала время.
— Пять лет?
— Пять лет ты был жив.
В дверь вошла Нора. За ней стоял седой мужчина в мокром пальто.
Адриан узнал его сразу.
— Сайлас.
Я инстинктивно заслонила Еву, хотя она оставалась наверху.
Сайлас усмехнулся.
— Ты всегда был слишком сентиментальным, Адриан. Сначала женщина, потом ребёнок. Из-за них ты отдашь всё.
— Нет, — ответил Адриан. — Из-за них я наконец перестану отдавать всё тебе.
Сайлас бросил на стол ещё один документ.
— Подпиши передачу пакета, и девочка останется в безопасности.
Адриан посмотрел на бумаги, потом на меня.
— Я не подпишу.
— Тогда к утру её не будет.
В этот момент сверху раздался звон разбитого стекла.
Маркус рванулся к лестнице. Я услышала крик Норы и шаги Евы. Адриан бросился следом, а Сайлас попытался перегородить ему путь.
Я схватила со стола тяжёлую бронзовую фигурку корабля и ударила ею по его руке. Документ упал на пол.
— К Еве, — крикнула я Адриану.
Он поднялся наверх. Через несколько секунд раздался его голос:
— Я здесь! Ева, смотри на меня!
На лестнице появился человек в капюшоне. Маркус перехватил его, но тот успел бросить на пол зажигатель. Вспыхнула штора.
Я сорвала её с карниза и накрыла огонь пальто. Дым обжёг горло. Сайлас воспользовался суматохой и кинулся к запасному выходу, но Клара встала у него на пути.
— Ты обещал, что девочка будет в безопасности, — сказала она.
— Я обещал только то, что тебе хотелось услышать.
Он толкнул её. Клара ударилась о стол и выронила ключ от сейфа.
Адриан спустился с Евой на руках. Девочка вцепилась ему в воротник.
— Папа, не отпускай.
Он замер на ступеньке.
Я увидела, как эти два слова прошли через него больнее, чем любая пуля.
— Не отпущу, — сказал он.
Сайлас уже добрался до двери, но там стояли люди из портовой охраны. Не полиция. Рабочие, которым он годами не платил, пока Адриан закрывал его долги. Маркус заранее предупредил их о поддельных переводах и приказал не выпускать никого из здания.
Сайлас оглянулся.
— Ты думаешь, они будут служить тебе после этого?
— Они служили не мне, — ответил Адриан. — Они терпели тебя.
Клара села на пол, прижав ладонь к рассечённому виску.
Я подошла к ней.
— Почему ты спрятала письмо?
Она долго молчала, глядя на красный портфель.
— Потому что Сайлас сказал, что убьёт Адриана, если тот уйдёт из дела. Я решила, что могу управлять страхом лучше него.
— И разрушила мою жизнь.
— Да.
Это было не оправдание. Только признание, от которого ничего не становилось легче.
Адриан передал Маркусу бумаги и повернулся ко мне.
— Я откажусь от всего, что связано с Сайласом. Порт, счета, охрана — всё будет проверено. Но я не прошу тебя возвращаться.
— Хорошо.
Он кивнул.
— Я хочу другое. Дай мне право быть рядом с Евой, если она сама этого захочет.
Я посмотрела на дочь.
Она всё ещё держала его за воротник.
— Ева, хочешь?
Девочка нахмурилась, будто вопрос был слишком сложным.
— Он будет приходить без сердитых дядей?
Адриан впервые улыбнулся ей по-настоящему.
— Буду.
— И не станешь заставлять маму жить в твоём доме?
— Не стану.
— Тогда можешь приходить завтра.
Адриан опустил взгляд.
— Завтра приду.
Но он не ушёл сразу. Сначала помог вынести из кабинета обгоревшие бумаги. Потом сам отдал Маркусу договор о передаче акций благотворительному фонду для работников порта. Не себе. Не семье. Людям, чьи деньги Сайлас присваивал годами.
Клара подписала признание в присутствии Норы и передала все счета. Она потеряла должность, влияние и право приближаться к компании. Сайлас остался без пакета, без людей и без имени, которым когда-то открывались любые двери.
Адриан потерял империю, которую считал своей защитой.
Я потеряла пять лет, которые никто не мог вернуть.
Но Ева получила возможность узнать отца не по чужим рассказам, а по его поступкам.
На рассвете она нашла в кармане его пальто маленькую бронзовую фигурку корабля, которую я оставила на столе после пожара.
— Это ваше? — спросила она.
— Моё, — ответил Адриан.
Ева протянула её мне.
— Мама, давай подарим папе. Пусть помнит, куда ему возвращаться.
Я посмотрела на Адриана. Он сжал кораблик в ладони, а потом осторожно положил его в карман рядом с детской жёлтой звездой.
— Я не забуду, — сказал он.
И Ева, впервые назвав его папой без вопроса, поправила на нём воротник и сказала:
— Тогда завтра приходи не с пустыми руками.
Пропустили начало?




