В тот вечер я стояла у зеркала в гостиничном номере и пыталась застегнуть перчатку, когда Артур Костелло позвонил и сказал, что на свадьбе меня могут убить.
— Очень обнадёживающее начало, — ответила я, глядя на своё отражение.
На мне было платье цвета засохшей крови, купленное за триста долларов в магазине, где продавщица сначала предложила мне отдел для беременных, а потом сделала вид, что ошиблась. Ткань плотно облегала мои плечи и бёдра. Я не собиралась прятаться. Если уж весь Чикаго хотел увидеть женщину рядом с самым опасным человеком города, пусть смотрит внимательно.
— Я не шучу, Беатрис, — сказал Артур. — Сегодня вечером ты не отходишь от меня.
— Это свидание или служебная инструкция?
— Для тебя разницы нет.
Он отключился, а я сжала в руке маленькую латунную заколку в форме филина. Это была единственная вещь, оставшаяся от моего отца, бухгалтера, погибшего год назад при странном ограблении. Отец всегда говорил: «Если цифры кричат, не делай вид, что это музыка». В последние недели цифры в отчётах «Кармайкл Лоджистикс» кричали так, что у меня болела голова.
В девять вечера у гостиницы гремели вспышки. Бронированный автомобиль Артура остановился у красной дорожки, и фотографы мгновенно забыли о женихе. Артур вышел в чёрном костюме, затем повернулся и протянул мне руку.
Я услышала, как кто-то за ограждением прошептал:
— Это она? Та самая бухгалтерша?
— Похоже, — ответил другой голос. — Он совсем сошёл с ума.
Артур наклонился ко мне.
— Улыбнись.
— Я улыбаюсь.
— Ты выглядишь так, будто мысленно закрываешь чью-то компанию.
— Потому что именно этим и занимаюсь.
Уголок его рта дрогнул. На его запястье блеснули часы, а под манжетой виднелся тонкий шрам. Я заметила его ещё в кабинете, когда он подписывал перевод для Ричарда Спатафоры. Тогда я не придала этому значения. Теперь шрам почему-то не выходил из головы.
Внутри свадебного зала пахло розами, воском и дорогим алкоголем. Камилла Моретти, невеста в платье с жемчужной вышивкой, встретила нас у лестницы. Её улыбка была белой и острой.
— Артур, ты всё-таки решил удивить гостей, — сказала она.
— Я редко делаю иначе.
Камилла посмотрела на меня с головы до ног.
— А вы, должно быть, мисс Галлахер.
— Беатрис.
— Как смело.
— Благодарю. Я долго выбирала между смелостью и удобной обувью.
Позади неё кто-то подавился шампанским. Артур взял меня за локоть, и его пальцы задержались на моей коже дольше, чем требовал приличный жест.
Музыка началась. Он повёл меня к танцевальной площадке, но прежде чем мы сделали первый шаг, я увидела Ричарда у служебной двери. Он держал бокал, хотя не пил. Его взгляд скользнул к моей сумочке, затем к Артуру.
Я почувствовала знакомое холодное напряжение под рёбрами.
— Что случилось? — спросил Артур.
— Твой человек боится моей сумочки.
— Почему?
— Потому что он знает, что внутри.
Артур перестал улыбаться. В этот момент к нам подошёл Лео, его младший брат.
— Артур, нам нужно поговорить. Сейчас.
— После танца.
— Нет. Сейчас.
Лео смотрел не на брата, а на меня. В его руке был сложенный лист с красной печатью, и пальцы сжимали его так сильно, что бумага пошла складками.
— Беатрис, — произнёс он, — вы должны увидеть это до того, как войдёте в зал…
ЧАСТЬ 2
Я взяла лист, но Лео отдёрнул руку.
— Не здесь, — прошептал он. — В коридоре.
Артур мгновенно встал между нами.
— Что ты прячешь?
— Я пытаюсь не разрушить твою свадьбу.
— Это моя свадьба, Лео, а не твоя исповедь.
В коридоре за дверью пахло воском и мокрой шерстью. Лео оглянулся на охранников и протянул мне бумагу. Это была копия распоряжения на перевод восьми миллионов долларов со счёта семейной компании. Подпись Артура стояла внизу, но я сразу увидела подделку: настоящий Артур всегда выводил последнюю букву фамилии длинным острым штрихом, а здесь она была округлой.
— Откуда это? — спросила я.
— Нашёл на столе отца.
— Твой отец умер два года назад.
— Именно поэтому мне страшно.
Артур вырвал лист у него из рук.
— Ты подбросил это?
— Я нашёл его!
— Тогда почему на обороте следы копировальной краски, а не чернил?
Лео побледнел, но быстро усмехнулся.
— Ты всегда веришь своей бухгалтерше больше, чем семье?
Я почувствовала, как латунный филин в кармане впился мне в ладонь. Так отец проверял меня на внимательность: боль должна была возвращать мысли к цифрам. Я снова посмотрела на сумму. Восемь миллионов. Та же сумма, которая исчезла из трёх строительных контрактов и вернулась через благотворительный фонд, существовавший только на бумаге.
— Артур, — сказала я, — мне нужно попасть в комнату жениха.
— Зачем?
— Там лежит твой сейф с первичными ведомостями.
— Его охраняют.
— Значит, охрана должна отойти.
Лео коротко рассмеялся.
— В день свадьбы ты собираешься обыскивать комнату моего брата?
— Я собираюсь выяснить, кто пытается посадить его в тюрьму.
Артур посмотрел на меня так, будто в первый раз увидел не сотрудницу, а человека, способного войти в горящий дом без разрешения.
— Идём.
Мы поднялись по мраморной лестнице. На третьей ступени я заметила под ковром тонкую полоску свежего клея. Кто-то недавно закреплял там провод. Я присела, коснулась его пальцами и почувствовала слабую вибрацию.
— Не двигайся, — сказал Артур.
Он поднял край ковра. Под ним оказался маленький передатчик, приклеенный к деревянной панели.
— Это не моя охрана, — произнёс он.
Лео стоял у перил и смотрел на устройство.
— Может, кто-то следит за вами.
— Кто-то, у кого есть доступ к моему дому и моей свадьбе, — ответила я.
В спальне Артура сейф оказался открытым. Внутри лежала только красная папка, перетянутая медной лентой. На ленте была выдавлена буква «Г» — такая же, как на старой печати моего отца.
Я сняла перчатку.
— Откуда у тебя это?
Артур нахмурился.
— Я никогда её не видел.
Я коснулась папки и поняла, что дышу слишком быстро.
— А я видела. Она была на столе отца в ночь его смерти.
Артур шагнул ближе.
— Беатрис, твой отец работал не на меня.
— Я знаю.
— Он работал против меня.
За дверью раздались торопливые шаги. Кто-то крикнул, что в часовне погас свет. Артур распахнул дверь, но коридор был пуст. На ковре лежала моя латунная заколка, хотя я всё ещё держала её в руке.
Внутри папки что-то тихо звякнуло.
Я потянула за медную ленту, и в этот момент снизу раздался первый оглушительный хлопок…
ЧАСТЬ 3
Хлопок оказался не взрывом, а выстрелом в потолок. Гости закричали, музыка оборвалась, и в коридор ворвался охранник с разбитой губой.
— Южный вход заперт! — крикнул он. — Никто не выходит!
Артур закрыл меня собой.
— Где Лео?
Но Лео уже стоял у лестницы. В его руке был пистолет.
— Положи оружие, — сказал Артур.
— Ты не понимаешь, что происходит.
— Тогда объясни.
Лео перевёл взгляд на папку.
— Она нашла её.
Я медленно подняла папку.
— Что именно я нашла?
Ответил не Лео. Из боковой двери вышла Марта, семидесятилетняя служащая семейного архива. В руках она держала металлическую коробку, а на запястье у неё дрожали старые часы с треснувшим стеклом.
— То, что ваш отец велел мне хранить, пока Беатрис не станет достаточно смелой, — сказала она.
Артур резко повернулся.
— Ты знала моего отца?
— Я знала, кто убил его репутацию. И кто приказал убрать бухгалтера Галлахера.
Лео сделал шаг назад.
— Замолчи.
Марта открыла коробку. Внутри лежал оригинал договора на управление «Кармайкл Лоджистикс». Под ним стояла подпись отца Артура, а рядом — подпись Лео, поставленная ещё за шесть месяцев до смерти старика.
Я быстро просмотрела страницы и увидела главное: Лео получил право распоряжаться семейными счетами, если Артур подпишет перевод на восемь миллионов. Но Артур никогда его не подписывал. Значит, кто-то собирался подделать документ и объявить его виновным.
— Ты хотел забрать синдикат, — сказала я.
Лео сжал пистолет.
— Я хотел прекратить войну. Артур тратил деньги на людей, которые его боялись, а я мог купить всех.
— Ты подставил собственного брата.
— Он сам виноват, что родился первым.
В зале стало так тихо, что я услышала, как в моей папке царапается металлическая застёжка.
Артур посмотрел на Лео.
— Отец знал?
Марта кивнула.
— Поэтому он оставил копию Беатрис. Ваш отец доверял её отцу. Он понимал, что только бухгалтер сможет связать счета, подписи и исчезнувшие деньги.
Лицо Лео исказилось.
— Где копия?
— Уже не у меня, — ответила я.
Я достала из сумочки лист, который заранее отправила в независимый архив. Если со мной что-то случится, все документы должны были раскрыться утром.
Артур взглянул на меня.
— Ты подготовила это до свадьбы?
— Я привыкла страховаться от плохих руководителей.
В этот момент у Артура зазвонил телефон. Он выслушал сообщение и нахмурился.
— Что? — спросила я.
— В подвале нашли коробку с детонаторами.
Лео усмехнулся.
— Значит, свадьба всё-таки станет семейной.
Артур ударил его по руке, и оружие отлетело к стене. Но из телефона донёсся голос дежурного: устройство уже запущено, а код остановки знает только человек, который его установил.
Лео посмотрел на меня и тихо сказал:
— Беатрис, если хочешь спасти этих людей, открой папку. Там есть причина, по которой твой отец умер…
В папке отца Артур увидел строку, которой боялся…
Я думала, что разоблачила заговор. Но папка раскрыла причину, из-за которой вся свадьба оказалась ловушкой.
Финал изменил не только судьбу Артура, но и моё решение.
«Я выберу тех, кому мы должны».
Даже Лео понял, что его власть закончилась.
👇 Финал истории уже открыт




