ЧАСТЬ 4 — Я назвала боссу мафии имя мужчины, с которым ужинала, и его спокойная рука вдруг дрогнула

ЧАСТЬ 4

Сергей не собирался торговаться.

Мы приехали к семейному дому в половине одиннадцатого. Ворота были открыты, но охраны вокруг оказалось слишком мало. Мариус заметил это сразу.

— Он хочет, чтобы мы вошли, — сказал он.

— Тогда не входите.

— Если я не войду, он объявит меня виновным до рассвета.

— А если войдёте, он постарается убить вас до полуночи.

Мариус посмотрел на меня. В его руке был ключ от сейфа, тот самый плоский ключ с цифрой семь. Он сжимал его так, что металл впивался в кожу.

— Ты можешь уехать, Елена.

— Шесть лет я уезжала от правды. Больше не буду.

Павел остался в машине с Марко. Он был слишком слаб после ранения, но настоял, чтобы мы не вызывали помощь до того, как документы окажутся у людей, способных их защитить.

— Если мы не выйдем через двадцать минут, — сказал Марко, — я передам копии журналистам.

— Ты подготовил копии? — спросила я.

— Я готовил их шесть лет.

Мариус взглянул на него с неожиданным уважением.

— Почему ты притворялся человеком Сергея?

— Потому что иначе не добрался бы до бухгалтерии. И потому что Алексей перед смертью попросил меня найти тебя.

Эта фраза ударила сильнее, чем я ожидала.

Алексей не оставил меня одну.

Просто я об этом не знала.

В главном зале горели все люстры. За длинным столом сидели девять человек. У каждого перед собой лежал пустой стакан, но никто не пил. Сергей стоял у камина и держал в руке папку с поддельным приказом.

— Вот и он, — сказал дядя Мариуса. — Мальчик, который решил, что может стать главой семьи, скрывая собственное преступление.

Мариус остановился в трёх шагах от стола.

— Ты созвал совет ради спектакля?

— Я созвал его ради порядка.

Сергей повернулся ко мне.

— А ты привёл секретаршу как щит?

— Она не щит, — ответил Мариус.

— Тогда пусть скажет, что ты приказал убить её брата.

Я посмотрела на лист. Подпись действительно была похожа на подпись Мариуса. Даже наклон последней буквы совпадал.

Сергей положил документ на стол.

— Ты не должна верить человеку, который шесть лет держал тебя в неведении.

— А вам я должна верить?

Он улыбнулся.

— Я хотя бы не притворялся твоим спасителем.

— Нет, — сказала я. — Вы притворялись тем, кто не боится прошлого.

Улыбка исчезла с его лица.

Я достала медный жетон и положила его рядом с приказом.

— В порту есть ячейка. В ней лежит оригинал счетов и письмо Алексея.

В зале зашевелились.

Сергей бросил взгляд на жетон.

Совсем короткий.

Но я заметила.

— Ты не знаешь, что там, — сказал он.

— Зато знаете вы.

— Это ловушка.

— Тогда вам нечего бояться.

Мариус сделал шаг к столу.

— Открой ячейку при всех.

Сергей рассмеялся.

— Ты всё ещё думаешь, что здесь кто-то пойдёт за тобой?

— Нет, — ответил Мариус. — Я думаю, что они пойдут за деньгами, которые ты украл у них.

Сергей резко поднял папку.

— Ты не имеешь права говорить о деньгах!

Он сам выдал себя.

Павел был прав: в счетах значились не только переводы Сергея. Там были выплаты каждому человеку за столом. Деньги проходили через благотворительный фонд, который считался собственностью всей семьи. Сергей забирал их годами, а затем обвинял Мариуса в растрате, чтобы сохранить контроль.

— Ты обещал, что фонд пуст, — прошептал один из старших мужчин.

— Я обещал, что всё под контролем.

— Под твоим контролем, — сказал Мариус.

Сергей ударил ладонью по столу.

— Ты хочешь уничтожить семью из-за девчонки?

— Нет, — сказала я. — Он хочет уничтожить ложь, которая убила моего брата.

Мариус посмотрел на меня. В его лице было то, чего я не видела прежде: не властность, не ревность, не холодная уверенность. Просьба.

Он просил меня решить самой.

Я достала телефон.

— Копии документов уже отправлены Марко. Если я не позвоню ему через пять минут, они уйдут дальше.

Сергей побледнел.

— Ты блефуешь.

— Проверьте.

Он бросился к двери, но двое мужчин из совета преградили ему путь.

— Отойдите, — приказал Сергей.

Никто не отступил.

Мариус подошёл к нему вплотную.

— Ты убил Алексея не потому, что он угрожал семье. Ты убил его, потому что он понял, куда исчезают деньги.

— Я спасал всех вас!

— Ты спасал себя.

Сергей вдруг вынул нож. Всё произошло мгновенно.

Мариус толкнул меня в сторону, но нож не достиг его. Старый Павел, который незаметно вошёл в зал, ударил Сергея тростью по запястью. Нож упал на мраморный пол.

Павел тяжело дышал.

— Ты забыл, Сергей, кто научил тебя считать.

После этого всё изменилось не сразу. Семья не превратилась в честную за одну ночь. Люди не стали добрее от того, что увидели цифры на бумаге. Но Сергей потерял счета, деньги и право отдавать приказы. Его отправили под охраной в дом за городом, пока совет решал, что делать с украденным фондом. Мариус отказался от единоличной власти и передал управление независимой группе, куда вошли те, кого Сергей обманул.

Он потерял почти всё влияние.

И впервые не пытался его вернуть.

В три часа ночи мы сидели в пустом архиве порта. Передо мной лежало письмо Алексея. Бумага пахла пылью и машинным маслом, а его почерк я узнала сразу.

«Лена, если ты это читаешь, значит, я не успел вернуться. Не верь тому, кто скажет, что Мариус хотел моей смерти. Он опоздал, но приехал. Он пытался спасти меня. А если он станет держать тебя рядом страхом, уйди от него. Он умеет защищать людей и совсем не умеет просить их остаться».

Я дочитала и положила письмо на стол.

Мариус стоял напротив, не касаясь меня.

— Я должен был показать его тебе раньше.

— Да.

— Я думал, что если ты узнаешь всё, то уйдёшь.

— Возможно, я и уйду.

Он кивнул.

— Я помогу тебе уехать.

— Вот опять. Вы всё решаете за меня.

Мариус опустил глаза.

— Тогда скажи, что мне делать.

Я долго смотрела на него.

Передо мной был не непобедимый хозяин города. Просто человек, который шесть лет путал заботу с контролем и считал молчание формой любви.

— Не называйте меня своей, — сказала я.

— Хорошо.

— Не проверяйте, с кем я встречаюсь.

— Хорошо.

— И если хотите, чтобы я осталась рядом, попросите. Не приказывайте.

Он сделал вдох.

— Елена, останься со мной. Не как сотрудница. Не как человек, которого я обязан защищать. Останься, если сама этого хочешь.

Ответ должен был быть простым.

Но я вспомнила стену, его пальцы на моём запястье и то, как больно прозвучали слова «ты моя». Любовь не стирает страх одним признанием. Поэтому я не подошла к нему.

— Завтра я уеду на неделю, — сказала я. — Одна.

— Я понимаю.

— После этого мы поговорим о том, что между нами осталось. Если вы снова решите за меня, разговора не будет.

— Я понял.

На рассвете мы вернулись к машине. Павел спал на заднем сиденье, прижав к груди папку с оригиналами. Марко сидел рядом и держал телефон, ожидая моего сигнала.

— Отправлять всё? — спросил он.

Я посмотрела на письмо Алексея.

— Да. Пусть никто больше не сможет спрятать это в сейфе.

Марко нажал кнопку.

Мариус стоял у багажника, а в его ладони всё ещё оставался ключ с цифрой семь. Он посмотрел на него, потом разжал пальцы. Ключ упал в металлическую урну у порта и звякнул так громко, что мы все обернулись.

— Елена, — позвал он.

Я остановилась.

— Что?

Он не подошёл ближе.

— Когда вернёшься, я приготовлю тебе кофе. Если ты позволишь.

Я впервые за эту ночь улыбнулась.

— Без приказов, Мариус.

— Без приказов.

И медный жетон в моём кармане тихо ударился о письмо Алексея, пока над портом поднимался первый паром.

Оцените статью