ЧАСТЬ 4
…Я вышла в коридор, не чувствуя пола под ногами.
Доктор Хейл опустил телефон.
— Она в детском отделении клиники на Уиллоу-стрит, — сказал он. — Вейл отправил туда человека за девять минут до того, как вы вошли к Воссу.
— Откуда вы знаете?
Хейл посмотрел на Лену.
— Потому что я помогал ей менять документы.
Коул резко достал руку из кармана. В ней не было оружия — только связка ключей с маленькой латунной пластинкой.
— Значит, ты был внутри, — сказал он Хейлу.
— Все эти годы, — ответил доктор. — Я оформлял переводы, прятал медицинские карты и следил, чтобы люди Вейла не добрались до тех, кто ещё мог говорить.
Я смотрела на него и не могла совместить этого человека с врачом, который десять минут назад требовал отстранить меня от пациента.
— Вы позволили мне работать здесь, зная, кто я?
— Я не знал, что вы именно Мерсер, — сказал Хейл. — Но когда увидел, как вы спасли Восса, понял. Вы держали иглу так, будто вокруг снова стреляли.
— Почему не сказали сразу?
— Потому что Вейл проверяет больницу через своих людей. Если бы я назвал вас, вы бы не дожили до ночи.
Рурк шагнул к нему.
— А теперь?
— Теперь он думает, что мы все напуганы.
Хейл достал из кармана карту доступа.
— Подземная парковка соединена с техническим тоннелем. Выведем Нору через старое отделение лучевой диагностики.
Я посмотрела на Восса. Он лежал бледный, но в сознании.
— Я не оставлю его.
— Я останусь, — сказала Лена. — Его состояние нестабильно, но он выдержит перевозку только после переливания.
Восс усмехнулся.
— Я шесть лет ждал, пока кто-нибудь скажет мне, что я выдержу.
— Не геройствуйте, — ответила я.
— Это говорит женщина, которая прыгнула на стол с пулей в груди у пациента.
Мы вышли через грузовой лифт. В кабине пахло резиной и старым машинным маслом. Брин стоял у панели, сжимая жетон брата. На первом этаже лампы мигали, а где-то за стеной звонил телефон, который никто не поднимал.
В тоннеле нас встретили двое мужчин в форме охраны.
— Доступ закрыт, — сказал один.
Хейл протянул карту.
— Откройте.
Охранник увидел имя на удостоверении и улыбнулся.
— Доктор, вы ведь понимаете, что девочка уже у нас?
Коул рванулся первым. Удар пришёлся охраннику под рёбра. Второй поднял рацию, но Брин выбил её металлическим жетоном. Пластинка рассекла ему губу.
Я не думала. Я действовала так, как действовала когда-то в дыму: колено, локоть, захват кисти. Мужчина рухнул, и внутри меня поднялась старая пустота.
Рурк заметил это.
— Эвелин.
— Я в порядке.
— Нет. Ты снова там.
— Тогда помоги мне выбраться.
Мы нашли Нору в комнате хранения белья. Девочка сидела на пластиковом контейнере и держала в руках красный рюкзак с вышитым жёлтым китом.
— Вы от папы? — спросила она.
Я присела перед ней.
— Да.
— Он жив?
Я не стала обещать невозможного.
— Он ждёт тебя.
Нора вцепилась в мою руку.
— Мужчина сказал, что папа бросил меня.
— Он лгал.
— А вы кто?
Я услышала собственное имя в голове — то, которое похоронили шесть лет назад.
— Эвелин Мерсер.
Девочка кивнула, будто этого было достаточно.
Когда мы вернулись в палату, Восс уже сидел, опираясь на подушки. Лена держала у его губ стакан воды. За окном мигали красные огни машин, но никто из нас не смотрел наружу.
Рурк положил передо мной папку.
— Здесь достаточно, чтобы остановить Вейла. Переводы, подписи, счета, имена. Но если мы передадим это обычным людям, он исчезнет раньше, чем документы попадут в руки тех, кто сможет его найти.
— Тогда не передавайте обычным людям, — сказала я.
Хейл достал из шкафа металлический контейнер для стерильных инструментов.
— Внутри старый передатчик. Лена сохранила канал связи с теми, кто когда-то создавал нашу группу.
Я посмотрела на Рурка.
— Ты хочешь вернуть меня?
— Я хочу, чтобы ты сама решила, кем быть после всего этого.
За стеной раздался тяжёлый удар. Затем ещё один. Восс вздрогнул, а Нора прижалась ко мне.
Итан выглянул в коридор.
— Он здесь.
Рурк поднял оружие, которое всё-таки достал из сумки.
— Вейл?
— Нет, — сказал Коул. — Его люди. Но один из них оставил это.
Он протянул мне сложенный лист.
На нём было всего три слова: «Мерсер, ты следующая».
Я перечитала записку и почувствовала не страх, а ясность. Страх жил во мне шесть лет, питаясь молчанием. Теперь рядом были живые люди, документы и девочка, которая ждала отца в соседней палате.
— Запирайте коридор, — сказала я.
— А ты куда? — спросил Рурк.
Я взяла медицинский чемодан, проверила иглы и положила внутрь карту с именем Норы.
— К Воссу. Он должен дожить до момента, когда его слова услышат.
— А если Вейл войдёт?
Я посмотрела на красный рюкзак девочки. На вышитом ките была криво пришита одна жёлтая нитка, и она дрожала от каждого удара за стеной.
— Тогда он узнает, что мёртвые тоже умеют держать линию…




